Ланева Гора, Пикалиха, Моглино, Жидилов Бор…
В этот день учащиеся школ Псковского района на автобусах посетили места зверств фашистов в годы Великой Отечественной войны – деревни Ланева Гора, Пикалиха, Моглино, а также мемориальный комплекс «Жидилов Бор». На траурных митингах ребятам рассказали о трагических событиях, произошедших в этих местах. Память расстрелянных и сожженных эстонскими карателями местных жителей, а также советских воинов, погибших в боях, почтили минутой молчания, к памятникам возложили цветы. Далее школьники приехали в Псков, где для них провели экскурсию в Поганкиных палатах. После нее в Родинском ДК юноши и девушки посмотрели документальный фильм о расстреле жителей деревни Ланева Гора. Его автор Виталий Михайлов рассказал о работе над документальной лентой. После этого более 30 учащихся школ Псковского района приняли в ряды Юнармии. Воодушевленные своей сопричастностью к Всероссийскому военно-патриотическому общественному движению, волнуясь, они произнесли слова присяги и спели юнармейский гимн.
Факт
День памяти жителей сожженных немецко-фашистскими захватчиками и карателями деревень – новая региональная памятная дата. Ее учреждение инициировал губернатор Михаил Ведерников. Она отмечается ежегодно 22 октября – именно в этот день в 1943 году карательный отряд 37-го эстонского полицейского батальона во главе с майором Кургом уничтожил деревню Ланева Гора с ее жителями. К памятной дате ежегодно приурочиваются различные патриотические мероприятия.
Не пощадили никого
Журналисты «Псковской провинции» побывали в этот день на торжественном митинге в деревне Ланева Гора. Вместе с его участниками почтили память погибших земляков, возложили цветы к памятному знаку.
Как рассказал глава Краснопрудской волости Александр Васильев, каратели сожгли здесь 30 жилых домов, 2 больших скотных двора, кузницу, кладовую и баню. Среди убивавших женщин и детей в Ланевой Горе были эстонские полицаи – Энн Оодла, Эрнст Пяхн, Иоханнес Алуоя, Аугуст и Вальтер Кукк, Бернхард Кангур. До конца войны они преданно служили немецким хозяевам. Возмездие настигло их лишь через 30 лет.
– Страшные вещи происходили во время оккупации не только в нашей волости, но и во всем Псковском районе. Каждая такая деревня – отдельная горькая история человеческих судеб, – сказал Александр Васильев. – Так устроена жизнь, что со временем стирается боль, ускользают из памяти детали. Все уходит в прошлое с последними очевидцами отдельных событий, не вошедших в учебники либо затерявшихся в документах. Сегодня мало кто помнит, тем более, знает о псковских сожженных деревнях. Этому пример – трагедия деревни Ланева Гора: широкую огласку зверства эстонских полицаев получили не так уж давно. А ведь мы обязаны знать и фиксировать свою историю и историю малой родины. Например, то, как 5 декабря 1943 года каратели заперли в сельской церкви 16 жителей деревни Добровидки. Пытавшихся выбраться расстреливали, потом забросали церковь гранатами. В ноябре 1943 года сожгли деревню Лихово, расстреляв 15 человек, в том числе семилетнюю Валю и двухлетнего Колю Федоровых с мамой. В декабре 1943 года была сожжена деревня Голованово, расстреляно 5 мирных жителей, среди них оказались шестилетний Анатолий и трехлетний Алексей Каштановы. А еще были Загорье, Подгорье, Скоморохова Гора, Ильинки, Туриново, Пестово, Кустовчино, Павлово...
В тему
Наталья Фёдорова, глава Псковского района:
- В апреле 1945 года злодеяния немецко-фашистских захватчиков в Псковской области расследовала специальная комиссия. Она установила, что на Псковщине за годы оккупации уничтожено более пяти тысяч деревень, свыше 70 тысяч мирных жителей погибли. Беда коснулась каждого района области, жертвами фашистов стали младенцы, дети, женщины и старики. В Псковском районе из 406 деревень полностью сожжено 325. В деревне Ланева Гора расстреляны и погибли в огне 65 жителей, в том числе три грудничка и 29 детей до 14-летнего возраста. Это наша общая боль. Мы не имеем права, тем более в наши дни, забыть горе и нечеловеческие испытания, через которые прошли земляки. Как и то, что именно действия Красной Армии и единение советского народа в достижении победы спасли наше государство и наших граждан от физического уничтожения. Наш долг – сохранять память о безвинных жертвах фашизма, о героях и защитниках нашей Родины.
Добропорядочные граждане
УФСБ России по Псковской области рассекретило документы о действиях карателей на территории области в годы Великой Отечественной войны. Выяснилось, что после освобождения территории не удалось установить имена преступников – они ушли на запад в составе фашистских войск. На протяжении десятилетий продолжалась кропотливая работа по изучению любой зацепки по этому и другим делам. В 1972–1973 годах органами госбезопасности 6 преступников были найдены и преданы суду. Среди них Энн Оодла – его в конце войны поймали чехословацские партизаны. Будучи в фильтрационном лагере, он скрыл участие в карательных операциях. После войны вернулся в Тарту, работал печником. Эрнст Пяхн десять лет провел в местах лишения свободы, а потом в Тарту трудился кладовщиком, подсобным рабочим. Такая же картина и по другим участникам драматических событий: Иоханнес Алуоя, Аугуст Кукк, Бернхард Кангур, Вальтер Кукк… Исходя из рассекреченных документов, десятилетиями преступники вели обычную жизнь – обзаводились семьями, устраивались на работу, растили детей.
Из архивных материалов
Показания карателей, которые они дали на следствии, леденят душу. При этом у них еще хватило совести и наглости обжаловать свои приговоры.
Из показаний Энна Оодла: «Мы вчетвером зашли в дом. В нем были четыре женщины и ребенок лет 10. Никто из женщин не плакал, ребенок молчал. Солдаты вскинули оружие. Я хорошо помню, что первым выстрелил Алуоя – в ребенка. Тот упал на пол. Потом снова выстрелил Алуоя – на этот раз в женщину. После выстрелили Лыхмус и Кулласту. Оставалась в живых одна женщина. Я вскинул пистолет и выстрелил ей в область сердца.
Закончив расстрел, мы направились в другой дом. Там находились четверо женщин и четверо детей. Крик людей, которые поняли, что их сейчас расстреляют, был душераздирающим. Стало жутко от крика людей. После расстрела «своей» женщины я не выдержал и вышел на улицу. В доме остались Алуоя, Кулласту и Лыхмус. Там продолжали звучать выстрелы.
Затем мы зашли еще в один дом. Там находились пять женщин. Алуоя вскинул винтовку и выстрелил в женщину. Перезарядив винтовку, сделал выстрел во вторую. Смерть женщины встретили молча. Ни одна о пощаде не просила. Потом в женщину стрелял Кулласту, затем женщину убил Лыхмус. Осталась неубитой одна женщина. Эту женщину убил я. Закончив расстрел людей в этом доме, мы вышли на улицу. У одного из домов раздался страшный пронзительный крик. Я пошел на крик. У горящего дома увидел женщину. Она лежала на земле лицом вниз. На ней горели волосы и одежда. Я вынул пистолет и прицелился в область сердца. Выстрелил. Женщина дернулась и затихла. Таким образом, в деревне я убил пять человек: одного мужчину и четверых женщин».
Из показаний Аугуста Кукка: «Приказ отдал Теммер. Он показал конкретный дом, сказал людей застрелить, дом сжечь. Я пошел туда с Кангуром. В доме было четыре или пять человек. Кангур первым начал стрелять. Он выстрелил два-три раза, затем я выстрелил в двух человек. Всего произвел пять выстрелов».
Из показаний Бернхарда Кангура: «Слышу, Оодла сказал подчиненным, что надо согнать людей, Теммер дал мне приказ идти на пост. Я пошел, но Теммер отозвал меня. Жители стояли в центре деревни. Оодла подошел ко мне, показал рукой на один из домов и сказал: «Идите с Кукком Аугустом, застрелите людей, дом сожгите». Дверь оказалась раскрытой. Я вошел и выстрелил в комнату один раз. Кукк Аугуст стоял рядом, он начал стрелять из полуавтомата. Я выстрелил один раз по одной женщине. Кукк выпустил пять-шесть зарядов».
Дома у Кангура Бернхарда и Кукка Аугуста были обнаружены фотографии, на которых они в военной форме оккупационной армии: убийцы трепетно относились к своему прошлому.
Чудесный осенний день
Сохранились воспоминания свидетеля Анны Даниловой. Вот, что она поведала в свое время: «Пятница, 22 октября 1943 года. Стоял чудесный осенний день. Мы сидели в избе. Кое-что перехватывали – особо поесть было нечего. Дома находились все: мама с отцом, мамина сестра и я. Шел мне тогда двадцать второй год. Собрали нас у колодца человек шестьдесят. Стоим, вокруг нас – эстонцы. Разговаривают меж собой, а о чем – непонятно. Разговор этот шел полчаса. Видим – деревня с двух концов горит. Нам разрешили разойтись по домам. Идем. За нами, за каждой семьей, эстонские полицейские. Вошли мы в дом. Полицейский остался на улице. Мы сидим, сильно перепугались, и не знаем, что думать. Смотрю в окно, а от соседнего дома, где жила семья Дмитрия Федорова, к нам идет эстонец. Вошел и говорит: «Станьте спиной к кроватям». Мы стали. А он по нам очередью из автомата... Все на пол упали. Я лежу, чувствую, что живая, но раненая. А тетке моей совсем ничего не сделалось. Она вскочила и кричит: «Кто жив? Давайте в окно прыгать!». А дым уже по избе расползается, потолок стал прогорать. Я говорю: «Пока живая, не стану убегать, буду с родителями гореть». Осталась в избе, все ползала, ползала. Потом страшно стало сгореть живой. Как-то вывалилась в окно и поползла в окоп. А деревня горит. Кругом выстрелы, крики. Потом внезапно все смолкло. Эстонцы сели на коней и уехали. Напоследок еще скирды подожгли. Пролежала я в окопе до утра – кость ноги автоматная пуля перебила. Наутро из соседней деревни приехали парнишки и увезли меня в телеге. Я у чужих людей лежала. А с партизанами у нашей деревни связи не было. Хотя они к нам захаживали, продукты собирали».
Место захоронения местных жителей у деревни Ланева Гора является символическим. Списки погибших не сохранились. Общее количество погибших сельчан от руки эстонских карателей установлено по опросу местных жителей.
В тему
Юрий Алексеев, исследователь, автор книги «Моглинский лагерь: история одной маленькой фабрики смерти»:
– Сведения о злодеяниях в деревне Ланева Гора сохранились в советских источниках – материалах уголовного дела. Исследователь Андрей Юрьевич Иванов нашел подробный отчет об этом событии в немецких документах, а именно, в журнале боевых действий немецкой дивизии тыла. Подтверждение с обеих сторон делает события в Ланевой Горе неоспоримым историческим фактом. Зверства совершила 2-я рота 37-го полицейского эстонского батальона. Решение на проведение карательной акции ее командиры приняли самостоятельно. В те дни проводилась немецкая операция по угону местных жителей на территорию Латвии и Эстонии в связи с приближением фронта. Стояла задача очистить от них 50-километровую зону, чтобы не мешали. С этой целью эстонские полицаи и отправились на машине в Ланеву Гору. Хотя, может быть, они ехали куда-то дальше. Партизаны напали в деревне на их машину и уничтожили 13 карателей. Мирных жителей заподозрили в связи с партизанами... Впрочем, было немало случаев, когда сжигали деревни и чинили расправы над людьми без привязки к партизанам. То есть, там, где их вообще не было. Расправами занимались не только эстонцы, но и латыши, и сами немцы. Такова была обыденная практика немецкого оккупационного режима.
Александр МИЛЬКА.
Фото автора.
